Посему мы взяли на себя труд

Посему мы взяли на себя труд открыть и объяснить во всеобщее сведение, какие обстоятельства расположили нас к осуждению Генриха и как мы остались при этом вполне верными правде. Мы сделали это, впрочем, не для того, чтобы протрубить в народе о преступлениях короля, которые, к сожалению, слишком хорошо известны; но чтобы успокоить тех, которые думают, что мы необдуманно обратились к духовному мечу и действовали больше по страсти, нежели из страха Господня и ревности к правде. Когда мы носили еще сан дьякона, до нас доносился уже дурной и нелестный слух о деяниях короля; и тогда же мы, ради его королевского достоинства, равно как и из благоговения к его родителям, а также в надежде на его исправление часто увещевали его через письма и посланников, чтобы он оставил порочную жизнь и, не упуская из виду своего высокого происхождения и собственного достоинства, обратился к такому образу жизни, который приличен королю и, может быть, будущему императору.